«С лицом уставшего мудреца и цифрами в розовом телефоне можно нести абсолютную чушь»
Трехчасовое интервью Юрия Дудя (признан иноагентом – «МК») с Оскаром Кучерой вышло нестандартным, поскольку Оскар поддерживает спецоперацию России на Украине. Большую часть времени на эту тему и говорили.
После выхода передачи волна хейта обрушилась на собеседников. Досталось и одному, и другому. Оскар Кучера рассказал, почему не жалеет, что согласился на беседу, и какие выводы сделал для себя.
В середине января вышло скандальное интервью Юрия Дудя с Оскаром Кучерой. Называлась программа: «Разговор с тем, кто поддерживает армию России». В начале беседы Дудь признался, что просил об интервью многих сторонников спецоперации, но согласился только Кучера.
На наши вопросы Оскар ответил в письменном виде.
– Как долго Дудь уговаривал вас на интервью?
– Недолго. После того, как я узнал тему разговора, а в его письме она несколько отличалась от того, что вы увидели в интервью, я дал добро на встречу.
– Ранее вы смотрели программы Дудя?
– Последний выпуск, который я смотрел, и то кусками, был с Моргенштерном (признан Минюстом РФ иноагентом – «МК»). Я не готовился к интервью, так как даже представить себе не мог, что кто-то захочет с артистом говорить о глубинных политических процессах.
– Когда была запись программы?
– В конце декабря, встречались мы не в России. Дудь заранее сказал, что мы будем говорить о Муз-ТВ, сериале «Солдаты», 90-х, музыке, о русском Top Gear (версия популярной британского программы об автомобилях – «МК»). О том, что мы коснемся моей гражданской позиции, он тоже упомянул. Но это не должно было стать основой интервью.
– Жалеете, что согласились?
– Не жалею. Мне это показало «порядочность» типичного либерала и дало возможность разобраться в сути проблемы. А также теперь я знаю, что с лицом уставшего мудреца и цифрами в розовом телефоне можно нести абсолютную чушь и врать… Так много просмотров было, вероятно, потому, что я был первый из его гостей, кто находился по другую сторону баррикад.
Интервью длилось четыре с половиной часа. Треть материала была вырезана. Хотя, надо признать, разговор нарезан искусно.
– Были моменты, когда вам хотелось закончить это всё?
– Было непросто. Я пытался с ним разговаривать как с человеком, который способен слышать и сомневаться. Но его уверенность и безапелляционность сбили меня с толку.
– На протяжении всего интервью вы улыбались. Вас ничего не злило, не раздражало?
– Цезарь, ты злишься — значит, ты не прав. Я не злился. А вот раздражение было, потому что он просто не хотел слышать. Вероятно, это и вызвало такой эмоциональный поток лишних слов.
– Какое впечатление произвёл на вас Дудь?
– До интервью был достаточно мил. После тоже. Отсняли, пожали руки и разошлись.
– После выхода программы связывались с Дудём?
– Нет.
– Вы сами посмотрели программу?
– Посмотрел, с трудом выдержал. Замечаний к себе много. Но главное, это вывод: не надо говорить с тем, кто не хочет тебя слышать.
– Как вы выдерживаете столько критики, которая обрушилась на вас?
– Все, что не некролог, то пиар. К этому я отношусь с юмором. Скажу больше, что некоторые высмеивающие меня пародии просто великолепны. Сам над ними хохотал до слёз.
– Друзья, близкие вас поддержали или сказали: зря согласился?
– Друзья, семья знают меня. Знают мои сильные и слабые стороны. И, конечно, над некоторыми моими перлами мы с ними вместе смеялись.
– Какие выводы сделали для себя?
– Когда идёшь в стан врага, надо хотя бы бронежилет надеть, даже если тебя пригласили на чай.
– Если через год Дудь ещё раз пригласит вас на интервью, пойдёте?
– Теперь я бы сам его с удовольствием пригласил бы его на интервью. И открыто бы обозначил тему нашего с ним возможного разговора, не прикрываясь мишурой. Юра, поговорим?
Источник: www.mk.ru